Близнецы получили новые раны, ожидая помощи от Тэру, но лечащих чар так и не почувствовали. Антон, все это время болевший за друзей выкриками на родном языке, вдруг услышал за спиной странный хрип, размахнулся секирой и ужаснулся увиденному, так и не опустив оружие. Тэру медленно осела на песок, держась за сияющее от длинного пореза горло. Ее хирка засияла, а это значило, что больше у них не было лекаря. Всеми забытый Ксипил, лишив команду «красных» поддержки Тэру, на момент снял свои невидимые чары, чтобы поглумиться над обомлевшим Антоном. Стоило Антону размахнуться секирой для удара, как Ксипил сразу же скрылся из виду благодаря умению невидимости.
Пока Тэру уносили с арены, рассвирепевший Антон с диким ревом кинулся в бой сам. Когда Хэйден решил, что скоро присоединится к Тэру за оградой арены, так как был не в силах сражаться с невидимой угрозой в лице Ксипила и магом «синих» в одиночку, Антон одним могучим ударом всколыхнул землю под ними и сбил с ног мощными ледяными чарами не только колдуна, промахнувшегося со своим огненным шаром, но и ассасина, подобравшегося к Хэйдену для опасного удара со спины. Разъяренный Антон рассекал секирой воздух вокруг себя, применяя такие мощные воинские заклинания, что в какой-то момент под его атаку чуть не попали Хафза и ее соперники лучники.
Хафза старалась увернуться от их стрел, с каждой минутой чувствуя все большую усталость. Из ран лился свет, а вместе с ним ее покидали силы не только колдовать, но и держаться на ногах. Хафза чуть не попала под град стрел, когда на помощь прибежала Кира, закрыв ее щитом.
– Плохо дело! Я не могу в них попасть, они слишком ловкие! – произнесла с обидой в голосе Хафза. Кира удерживала щит, скалясь от напряжения. Стрелы летели в них непрерывной волной, и протекционные чары скоро должны были рухнуть.
– Надо думать! – с хрипом произнесла Кира не то Хафзе, не то самой себе, глядя на появляющиеся трещины в ее протекционных чарах. Тем временем за их спинами Хэйден, забравшись Антону на плечи, вел обстрел всего, что казалось ему мерцанием ассасина. Казалось, поражение красной команды уже было неизбежным, но Кира не желала сдаваться так просто.
– Огонь… Песок… Стекло! – воскликнула Кира, взглянув на удивленную Хафзу. – Они не заметят стеклянной ловушки! Давай, ты сможешь! – сказала Кира, подбодрив Хафзу, и сосредоточилась на удержании своего волшебного щита в целостности, чтобы дать Хафзе время использовать нужные чары. Кивнув, Хафза зажмурилась, сначала читая заклинания, а потом разъяренно зарычала и уперлась руками в песок, чтобы заколдовать его напрямую. От рук колдуньи под арену начали проникать горящие огнем алые эссенции. Не ожидая, что в следующее мгновение песок под ними вдруг превратится в мягкую жижу, лучники потеряли равновесие.
– Сейчас! – крикнула Кира, отступив в сторону. Хафза сменила огненную эссенцию на ледяные чары, которыми заколдовала песок под лучниками, быстро остудив стекло. Потеряв равновесие из-за скованных стеклянной ловушкой ног, противники не смогли защититься от атаки Киры и выронили свое оружие, выбыв из боя.
Все это время Антон старался не подпускать к себе Ксипила, но никак не мог его разглядеть, а маг «синих» старался сбить с его плеч Хэйдена. Вдруг Антон с ревом повалился на одно колено, выронив секиру. Между его латами засияла глубока резаная рана. Не удержавшись, Хэйден упал на арену, но смог перекатиться и быстро вскочил на ноги, приготовив сразу несколько волшебных стрел для атаки. Маг «синих» начал колдовать ледяную метель, в которой Хэйден оказался совершенно один, не видя ничего, кроме белой пелены.
– Позови сестричку, пусть спасет тебя, – усмехнулся ему на ухо Ксипил. Хэйден вовремя увернулся от атаки ассасина и продолжил уклоняться от его выпадов, следуя инстинкту, но сокрытый невидимыми чарами Ксипил то и дело ухитрялся нанести Хэйдену маленькие колотые или резаные раны. Почувствовав, что слабеет, Хэйден собрался с силой воли, чтобы не запаниковать и уж тем более не начать звать Хафзу или Антона для помощи. Сосредоточившись, Хэйден понял, что Ксипил пользовался метелью как укрытием, двигаясь вместе с порывами ветра. Хэйден начал приглядываться к метели, медленно кружа на месте. Он нашел, откуда начинал свой путь свистящий ветер, и когда ассасин подкрался к нему со спины, ткнул Ксипила луком в живот, а в следующее мгновение натянул тетиву и выпустил стрелу в сторону мага, из рук которого образовывалась сама ледяная завеса. Вскоре метель растворилась, а Хэйден увидел, как падает на спину оглушенный его волшебной стрелой маг.
Остался только Ксипил, которого смог схватить за ногу и вздернуть вверх тормашками Антон. Из карманов Ксипила выпали пустые склянки из под зелья маны. Судьи вскинули красные знамена, толпа зааплодировала победителям, а Кира, не ожидая такой оглушительной победы, опустила щит, с широкой улыбкой вскинув вверх меч.
– Победа! Ура! Мы выиграли! Поверить не могу, мы выиграли! – кричала она от радости. – Антон, отпусти его! Ему и так досталось! – усмехнулась она, глядя на Ксипила. Антону повторять не пришлось, он разжал ладонь, и ассасин повалился на песок арены. С угрюмым видом Ксипил вскочил на ноги, поспешно подобрал пустые склянки с песка и направился мимо Киры к синим знаменам.
– Еще посмотрим, кто кого, – заявил он, окинув Киру напоследок презрительным взглядом.
– Как ты не захлебнулся, выпив столько маны, а? – иронично улыбнувшись, бросила ему в ответ Кира, не сразу заметив, как сзади подошли егерь и Тэру. Будучи выведенной из строя в середине боя болезненной атакой Ксипила, Тэру, тем не менее, не выглядела расстроенной и сердитой, как егерь. При виде наставника Кире стало не по себе. Казалось, егерь еле сдерживал свой гнев, причину которого Кира не понимала, ведь они выиграли вопреки всем трудностям и даже в меньшинстве, в котором были с самого начала боя из-за самого егеря, не желающего сражаться с юными эна.
– Я вас предупреждал, – холодно заявил егерь, с тихой яростью уставившись на Антона.
Кира угрюмо насупилась, не желая мириться с недовольством егеря.
– Их ассасин нарушил правила, он пил ману, чтобы поддерживать свои невидимые чары весь бой! Что мы могли сделать? – возмутилась она.
Егерь как будто и не слышал Киру, поведя их за собой к выходу, где уже ждали Алистар, Сафа и Диана.
– Птенчик мой! – Диана кинулась к Кире, крепко обняв дочь. – Ты устала? Не поранилась? Кушать хочешь? Я приготовлю праздничный ужин! Идемте к нам домой! – обратилась ко всем Диана, тиская Киру, несмотря на ее вялые протесты.
Алистар и Сафа обнимали близнецов, причем Алистар был явно под впечатлением и с трудом разговаривал внятными словами.
– Молодцы! Я даже… Прям вот… Молодцы! – промямлил он, глядя на Хафзу и Хэйдена так, будто впервые их увидел.
– Папа хочет сказать, что гордится вами! – улыбнулась Сафа, вздыхая.
– Да! – подтвердил Алистар, кивая.
Кира и близнецы переглянулись со счастливыми улыбками на лицах.
– Мы бы не справились без вас, – призналась Кира, благодарно улыбнувшись Тэру и Антону, – пойдете с нами праздновать? – с надеждой спросила она.
Тэру растеряно пожала плечами, а Антон встал за спину Алистара, с опаской поглядывая на сердитого егеря.
– Конечно, пойдут! – решил за них Хэйден, начав толкать Антона к выходу с арены. – Все идем праздновать!
– Завтра утром тренировка, не опаздывать, – жестко сказал егерь, тяжелым шагом направившись прочь от компании.
– …Почти все, – поправил сам себя Хэйден с тяжелым вздохом.
Проводив егеря хмурым взглядом, Кира услышала к себе обращение Дианы и направилась вместе со всеми отдыхать, снова почувствовав себя как никогда прежде счастливой. В этот вечер они были победителями, и что бы ни думал про их бой егерь, это могло подождать до утра.
VI
На следующее утро близнецы и Кира зашли за Антоном и Тэру в парк и на площадь Люции, чтобы всем вместе отправиться на тренировку в лес. Приподнятое настроение команды моментально улетучилось, как только они дошли до дома-землянки егеря, где сам егерь уже поджидал их у горящего костра вместе с Пушинкой. Увидев их, львица поспешила к Кире, обтеревшись об нее боком.
– Хоро-о-ошая, – погладив Пушинку по спине, Кира перестала улыбаться, взглянув на ее хмурого хозяина. Сказать егерю «доброе утро» язык не повернулся даже у веселого с самого пробуждения Хэйдена.
– Я сказал вам, что во время сражения вы должны защищать Тэру, – начал сходу егерь, тяжело вставая на ноги. Перехватив копье, он направился в лесную чащу.
– Я сказал, что каждому достанется, если оставите Тэру один на один с соперником… И намерен сдержать слово.
Кира, Хафза и Хэйден с тревогой переглянулись, тон егеря показался им достаточно угрожающим. В молчании компания добралась до уже знакомой тренировочной поляны. Егерь развернулся к ним лицом и подозвал к себе Тэру. Тэру встала c ним рядом, сказав что-то на родном языке, но егерь явно не стал ее слушать и распределил оставшихся по парам. Хафза встала рядом с Антоном, а Кира оказалась напротив Хэйдена.
